Классификация соучастия в преступном деянии

юридические науки

  • Кузьмин Юрий Анатольевич , старший преподаватель
  • Чувашский государственный университет имени И.Н.Ульянова
  • ОРГАНИЗОВАННАЯ ПРЕСТУПНАЯ ГРУППА
  • ГРУППА ЛИЦ
  • ПОСОБНИК
  • ПОДСТРЕКАТЕЛЬ
  • ИСПОЛНИТЕЛЬ
  • ОРГАНИЗАТОР
  • УГОЛОВНОЕ ПРАВО
  • СОУЧАСТИЕ
  • ПРЕСТУПНОЕ СООБЩЕСТВО

Похожие материалы

Соучастием в преступлении считаются различные случаи совершения преступления несколькими лицами. В российском уголовном праве соучастие понимается в виде умышленного совместного участия двух или более лиц в совершении умышленного преступления.

Общественная опасность преступных деяний, совершенных в соучастии, повышается вследствие совместных усилий нескольких субъектов, которые связаны и согласованы между собой, собственно, вследствие чего достигается желаемый всеми соучастниками преступный результат, причем более существенный, по сравнению с тем, который мог быть причинен действиями только одного субъекта. Совершение преступного деяния несколькими субъектами намного облегчает достижение желаемой преступной цели и сокрытия следов такого преступления, что часто создает затруднения в работе правоохранительных органов в розыске преступников и их изобличению в последующем.

Данный институт является одним из наиболее дискуссионных среди институтов Общей части уголовного права. Теоретические исследования по поводу уголовной ответственности субъектов, которые совместно участвуют в совершении преступного деяния, ограничиваются лишь исследованием соучастия в преступном деянии с попытками поместить в его рамки все случаи объединения нескольких субъектов в одном преступном деянии.

При этом большое число презумпций и фикций при квалификации преступного деяния, которое совершено несколькими субъектами, распространенность преступлений, совершающиеся их общими объединенными усилиями при большом числе условностей при обосновании их уголовное ответственности, обусловливают возникновение трудностей и ошибок и при квалификации данного вида преступлений [5, с. 135].

Теоретические поиски по поводу усовершенствования уголовно-правовой конструкции, регламентирующей совместную преступную деятельность сразу нескольких субъектов при совершении одного преступного идут давно, до сей поры не привели ни к какому результату [4, с. 77].

Посвященные разным аспектам совместных преступлений исследования, имели один серьезный недостаток — отсутствие не только новизны теоретических выводов, но и расширение, уточнение фактов и определенных положений уголовно-правовой теории.

Этому свидетельство новых появляющихся условностей, допускающих, к примеру, неосторожное соучастие или соучастие в неосторожном преступном деянии, а также рассмотрение через призму соучастия случаи совершения преступного несколькими субъектами, но лишь с одним «пригодным» субъектом преступного деяния.

Институт соучастия в преступном деянии — один из самых древнейших институтов в уголовном праве. Вся его история развития в нашей стране начинается с времен образования Древнерусского государства. Ответственность за деяние, совершенное несколькими субъектами, уже была установлена в самых первых нормативных актах Древней Руси. Исследования данного института стали проводиться позже, начиная с XVIII в., вместе с формированием науки уголовного права в России. Нормы, которые связанны с ответственностью субъектов за совместное совершение преступного деяния несколькими субъектами, содержались уже в правовых источниках средневековья. Например, в Русской правде Краткой редакции в ст. 31 содержится следующая норма — «А если кто крадет или коня, или волов, или обкрадывает клеть, то, если один крал, то заплатить ему гривну и тридцать резан; если их будет 18, то платить каждому человеку по три гривны и 30 резан» [6, с. 85-86].

До 1917 г. в науке уголовного права проблема соучастия в преступлении считалась одной из важнейших, она привлекала особое внимание ученых-юристов, исследовавших понятие соучастия в преступном деянии, а также виды соучастников, разграничение функций и ответственности за совершенное преступное деяние. Имелись попытки выявления составов преступлений, которые можно было совершить в соучастии, но отсутствовали идеи о формах и видах соучастия, они не получали законодательного подкрепления. Однако многие теоретические наработки отразились в нормативных актах того времени. Также наблюдалась так называемая «вестернизация» некоторых проблем [2, с.41].

С 1917 г. стала создаваться наука советского уголовного права. Большое внимание в ней было уделено проблеме соучастия в преступном деянии. Вопрос о преемственности (даже частичной) в уголовном праве, к сожалению, практически не ставился тогда советскими учеными-юристами. Отрицались достижения русской уголовно-правовой научной мысли, но полного отказа от прежних понятий не случилось. Из отечественной классической школы права были заимствованы следующие понятия — «наказание», «соучастие», «вина», «преступление» и т.д. Из отечественной социологической школы – «меры социальной защиты», «теория опасного состояния личности». Шел процесс формирования советского уголовного права. В 40-е г. ХХ века активно шел теоретический поиск решений некоторых проблем. Было много предложений с целью совершенствования уголовного законодательства, но только часть их была положена в основу УК РСФСР, принятого в 1960 г., а многие идеи так и остались тогда нереализованными и невостребованными.

Известный ученый-юрист Б.С.Утевский определяет понятие соучастия в преступном деянии как «совместное умышленное участие двух или большего количества лиц в совершении умышленного преступления» и разделяет соучастие на два вида: соучастие первого рода и соучастие второго рода. Это позволило расширить понятие института соучастия, и включить в него всевозможные виды укрывательства, недоносительства, попустительства; допускалось даже введение такой нормы, как «неосторожное соучастие». Организация преступных групп была признана как самая опасная форма соучастия. В ней были выделены как организаторы, так и рядовые участники преступного сообщества. Было дано понятие «шайки» или организованной группы. Это группа, состоящая из двух и более лиц, заранее соорганизованных для совершения одного или нескольких преступных деяний.

Формы соучастия также выступали поводом для дискуссий. Ученый-юрист И.П. Малахов определял соучастие в виде единого действия нескольких лиц, которое представляет повышенную общественную опасность. Такие формы соучастия, как подстрекательство, пособничество, исполнительство он не выделял. Однако большинством ученых-юристов высказывалась необходимость выделения различных форм соучастия в преступлении и предлагалась классификация форм соучастия по различным основаниям. Например, по степени и по характеру связей между соучастниками выделялись: соучастие без предварительного сговора, соучастие с предварительным сговором, преступную организацию, позже выделили организованную группу.

В этот период проблемы соучастия в отечественной теории уголовного права и в отечественной правоприменительной практике не имелось единого общего мнения по вопросу как применения, так и толкования норм УК РСФСР относительно соучастия в преступлении. Так, указывался умышленный характер действий всех соучастников. Потому действия обвиняемого субъекта, содействовавшие объективно преступному деянию, но совершенные без предварительной цели оказать содействие в достижении преступного результата, не могут быть рассмотрены в виде соучастия [1, с. 48]

С момента принятия в 1958 г. Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик был подведен итог развитию теории соучастия. Тем не менее, нормы института соучастия в преступлении, уже получившие закрепление в Основах, в очередной раз вызвали дискуссии о признаках этого правового явления. М.И. Ковалев, подготовивший фундаментальную работу по этим актуальным проблемам, выделил концепцию соучастия, принятой Основами, которая оказалась принципиально верной. Он утверждал, что при соучастия присутствует только умысел и предложил определять соучастие как умышленные, совместные действия вменяемых и действующих по собственной воле лиц, представляющие собой совершение одного и того же умышленного преступного деяния, с разделением или без разделения ролей между участниками. Он был сторонником акцессорной природы соучастия, за что подвергался критике по идеологическим причинам.

На базе данных Основ в 1960 г. был принят Уголовный кодекс РСФСР, который повторил нормы данных Основ, регламентирующих институт соучастия. К сожалению, несмотря на то, что и Основы и УК РСФСР все же дали полное определение соучастия в преступлении и перечислили всех субъектов, подлежащих уголовной ответственности за соучастие, все же нерешенными оставалось много вопросов, которые в затем широко обсуждались в научной литературе. К примеру, не был окончательно решен вопрос о конкретных признаках соучастия, его видах и формах. Уголовный закон и теория этого периода вовремя не смогли отреагировать на серьезные изменения, которые происходили в преступности. Распространенная в то время место концепция привлечения общественности на борьбу с преступность, как мы видим, позволили «просмотреть» ростки бурного в последующем роста групповых форм совершения преступных деяний, которые уже лет через десять после принятия данных Основ составили практически более одной пятой части всех умышленных преступлений.

Итогом этого активного, хотя не всегда последовательного развития института соучастия, было подведение принятия в 1958 г. Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик. Так, согласно ст. 17 Основ, воспроизведенной практически без изменений в ст. 17 УК РСФСР 1960 г., соучастием понималось как «умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении преступления». К тому же, данные Основы ввели абсолютно новую фигуру в институт соучастия – «организатора», и признали пособничеством только «заранее обещанное укрывательство преступлений».

В Основах уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г. было уточнено понятие соучастия, оно было определено как «умышленное совместное участие двух и более лиц в совершении умышленного преступления». В 1994 г. Уголовный Кодекс РСФСР 1960 г. был дополнен статьей 17-1, которая вводила положение о совершении преступления группой.

Современное понятие соучастия в преступном деянии, ранее сформулированное в Основах 1991 г., получило окончательное закрепление в ст. 32 УК РФ 1996 г. Институту соучастия в преступлении УК РФ посвятил самостоятельную статью, что подчеркивает большое значение уголовно-правового регулирования этого института в практике борьбы с преступностью в России. Согласно ст. 32 действующего УК РФ соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступного деяния. Закон указывает на следующие признаки соучастия в преступлении: объективные – это участие двух или более лиц; совместность участия в совершении преступного деяния; субъективные – это умышленное совместное участие в совершении преступного деяния; совместное участие в совершении только умышленного преступления [7, с. 104].

Список литературы

  1. Арутюнов А.А. Соучастие в преступлении. — М.: Статут, 2013. – 406 с.
  2. Епифанова Е. В. Теоретические разработки соучастия в преступлении в России в 40-60-е гг. ХХ века // Журнал российского права. — 2003. — № 12. — С. 41.
  3. Колоколов Г.Е. Уголовное право: лекции. — М., 1900. – 459 с.
  4. Кузьмин Ю.А. Актуальные проблемы отечественной криминологии // Трансформация социальных систем: проблемы и поиски путей решения: сборник научных трудов по материалам Всероссийской научно-практической конференции (с международным участием). 17-18 декабря 2014 г. – Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2015. — С. 76-80.
  5. Кузьмин Ю.А. Личность наркопреступника // Уголовно-правовая превенция в сфере оборота наркотических средств или психотропных веществ, алкогольной и спиртосодержащей продукции (региональный аспект): сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции. – Чебоксары: Изд-во Чуваш. ун-та, 2015. — С. 132-136.
  6. Масловский Л.П. Русская правда. – М.: Вече, 2011. – 576 с.
  7. Уголовное право России. Общая и особенная части. Учебник / под общ. ред. В.И.Гладких. — М.: Издательский дом ГУУ, 2015. – 639 с.

Соучредители СМИ: Долганов А.А., Майоров Е.В.

39. Формы соучастия. Квалификация преступлений, совершенных в соучастии, в зависимости от форм соучастия.

Формы соучастия — в основе классификации соучастия на формы лежит объективный (способ взаимодействия соучастников между собой при выполнении объективной стороны — простое и сложное соучастие) и субъективный критерии (степень согласованности действий соучастников — соучастие без или по предварительному сговору):

Простое соучастие или соисполнительство означает, что все совместно действующие лица непосредственно выполняют объективную сторону преступления. Различают соисполнительство 2-х видов:

Совершение преступления группой лиц без предварительного сговора означает, что ПР-е совершается совместно 2-мя или более исполнителями, заранее не договорившимися в совместном совершении преступления (ч.1 ст.35); взаимодействие возникает в момент начала совершения преступления или во время совершения преступления когда лицо подключается во время начавшегося покушения.

Совершение преступления группой лиц по предварительному сговору означает участие в нем 2-х или более лиц, заранее договорившихся о совместном совершении преступления (ч.2 ст.35).

Сложное соучастие или соучастие с выполнением различных ролей означает, что взаимодействие между соучастниками непростое, некоторые из них (организатор, подстрекатель, пособник) непосредственного участия в совершении преступления не принимают, а действуют через посредство исполнителя (соисполнителей):

ПР-е признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений (ч.3 ст.35), т.е. в виде группы лиц по предварительному сговору, характеризующейся высокой степенью организованности совершения преступлений, стабильностью костяка группы и ее организационной структуры, наличием своеобразных, индивидуальных по характеру форм и методов преступной деятельности и их постоянством.

ПР-е признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено сплоченной организованной группой (организацией), созданной для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданным в тех же целях (ч.4 ст.35), т.е. в виде группы лиц по предварительному сговору.

Влияние формы соучастия на квалификацию преступления:

Действия исполнителей (соисполнителей) квалифицируются только по статье Особенной части УК без ссылки на ст.33 УК (ч.2. ст.34).

Действия организатора, подстрекателя или пособника квалифицируются по статье Особенной части УК и соответствующей части ст.33 УК, за исключением случаев, когда они одновременно являлись соисполнителями преступления (ч.3. ст.34).

Несмотря на то, что соучастники отвечают за самостоятельные действия, тем не менее квалификация их действий все-таки зависит от действий исполнителя.

Создание организованной группы в случаях, не предусмотренных статьями Особенной части УК, влечет УО за приготовление к тем преступлениям, для совершения которых она создана (ч.6 ст.35).

Совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) влечет более строгое наказ-е на основании и в пределах, предусмотренных УК (ч.7 ст.35).

Преступления с соучастием квалифицируется:

либо по первой части статьи Особенной части УК, содержащей самостоятельный основой состав преступления (например, создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или организации, а равно руководство такой группой (ч1ст209);

либо по второй и последующим частям статьи Особенной части УК, содержащим квалифицированный состав преступления с отягчающими обстоятельствами (например, убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (жч2ст105)),

либо по первой части статьи Особ. части УК, содержащей основной состав Пр-я (если в статье не содержится соответствующий самостоятельный основной и квалифицированный состав преступления), а при назначении наказания учитываются обстоятельства, отягчающие наказ-е — совершение преступления в составе группы лиц, группы лиц по предварительному сговору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) (вч1ст63).

Соучастие в преступлении

Понятие соучастия в преступлении и его признаки

1. Соучастие в преступлении как институт уголовного права. В системе институтов и норм уголовного законодательства институт соучастия занимает весьма важное место. Для преступлений, совершенных в соучастии, обязательны все признаки, указанные в ст. 14 УК РФ, т.е. признаки общественной опасности, противоправности, виновности и наказуемости, а также все признаки, предусмотренные статьей Особенной части УК РФ для состава конкретного преступления.

Однако соучастие в преступлении предполагает и наличие признаков, не характерных для преступлений, совершаемых отдельными лицами.

Соучастие выступает особой формой совершения преступлений, предусмотренных Особенной частью УК РФ. В ряде случаев это учитывает и сам законодатель, конструируя в рамках Особенной части УК РФ составы, предусматривающие уголовную ответственность за совершение конкретных преступлений группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой. Поэтому нормы Общей части о соучастии в преступлении нельзя рассматривать в отрыве от норм

Особенной части, так как «они характеризуют форму, которую может принять умышленное преступление, предусмотренное Особенной частью Уголовного кодекса».

В теоретическом плане проблема соучастия – одна из наиболее сложных в рамках общего учения о преступлении. Проблемы соучастия в преступлении – предмет пристального внимания науки уголовного права, тем более что рост преступности в период становления новых и развития экономических и социальных отношений, активнейшее проявление ее организованных форм заставляют специалистов вести работу в направлении совершенствования этого института.

Характеризуя современное ему состояние преступности в России, М.И. Ковалев писал: «Пышным цветом расцвела организованная преступность, появились и размножились банды так называемого наркобизнеса, бичом цивилизованного мира стали международный терроризм, воздушное пиратство. Таким образом, по-новому выглядит соучастие в преступлении, а следовательно, возникают новые уголовно-правовые и криминологические аспекты этого уголовно-правового института».

Проблема соучастия не только представляет научный интерес, но и имеет большое значение для правоприменителя, так как напрямую связана с правильной квалификацией преступлений, совершаемых совместными усилиями нескольких лиц, индивидуализацией ответственности и назначением справедливого наказания виновным.

Значение института соучастия в уголовном праве заключается в том, что он:

  • определяет объективные и субъективные признаки, характеризующие совершение умышленного преступления двумя или более лицами (субъектами);
  • устанавливает круг этих лиц, принципы и условия их ответственности за совершение преступных деяний;
  • закрепляет критерии назначения наказания лицам, совместно участвующим в совершении преступлений.

2. Определение понятия соучастия в преступлении в теории уголовного права и законодательстве. В монографической и периодической литературе имеются различные определения понятия соучастия. По этому поводу Ф.Г. Бурчак отмечал: «Вопрос о понятии соучастия, несмотря на большую литературу, до настоящего времени относится к числу спорных. Почти каждый автор, касавшийся проблем соучастия, предлагал свое, пусть немного, но отличающееся от других определение соучастия».

Известный русский ученый-юрист Н.С. Таганцев писал: «По моему мнению, к соучастию относятся лишь те совершенно своеобразные стечения преступников, в коих является солидарная ответственность всех за каждого и каждого за всех; в силу этого условия учение о соучастии и получает значение самостоятельного института».

В советском уголовном праве определение соучастия впервые было дано Руководящими началами по уголовном праву РСФСР 1919 г., в ст. 21 которых указывалось: «За деяния, совершенные сообща группой лиц (шайкой, бандой, толпой), наказываются как исполнители, так и подстрекатели и пособники».

В уголовно-правовой литературе советского периода имел место двоякий подход к определению соучастия. Одни специалисты признавали допустимым соучастие только в умышленных преступлениях.

Другие ученые предлагали считать соучастием «совершение одного или нескольких преступлений совместной деятельностью двух или более лиц».

Новое законодательное определение соучастия было сформулировано в ст. 17 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. (ст. 17 УК РСФСР 1960 г.). В ч. 1 этой статьи оно определялось как «умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении преступления».

Наряду с исполнителем, подстрекателем и пособником Основы легализовали фигуру организатора, который воплощал также функции руководителя преступления.

После принятия Основ уголовного законодательства предпринимались попытки развить нормативную характеристику совместной преступной деятельности.

Большинство исследователей предлагало включить в определение соучастия указание на умышленный характер совершаемого преступления. Так, А.А. Пионтковский определил понятие соучастия следующим образом: «Соучастие по советскому уголовному праву есть умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления». По сути именно эта формула закреплена в действующем УК РФ.

Это интересно:  Перечисление физическим лицом валюты на счет криптобиржи

Соучастие как особая разновидность преступной деятельности – это не просто случайное совпадение преступных действий нескольких лиц, одновременно посягающих на один и тот же объект, а наиболее социально опасная форма совершения преступления, когда на достижение преступного результата направлены усилия двух или более лиц.

Поэтому не случайно в УК РФ институт соучастия в преступлении получил дальнейшее развитие в направлении обстоятельной регламентации, более полной дифференциации видов соучастников и усилении индивидуализации их ответственности.

Общая часть действующего УК РФ включает гл. 7 «Соучастие в преступлении» (ст. 32–36), в которой отражены все основные положения этого института, выработанные наукой уголовного права.

Само понятие соучастия излагается следующим образом: «Соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления» (ст. 32 УК РФ).

Отличительной чертой новой формулировки является признание того, что соучастие возможно только в умышленном преступлении.

3. Признаки соучастия в преступлении. Дефиниция ст. 32 УК РФ позволяет выделить все необходимые признаки, характеризующие соучастие в преступлении: во-первых, в совершении преступления принимают участие два или более лица; во-вторых, деятельность этих лиц является совместной и, в-третьих, – умышленной. Наконец, в-четвертых, соучастие возможно в совершении только умышленного преступления.

Участие в преступлении двух и более лиц (количественный признак) и совместность их деятельности являются объективными признаками соучастия.

Количественный признак соучастия предполагает участие в преступлении двух или более субъектов. В ст. 32 УК РФ (как и во многих других нормах уголовного закона) законодатель употребляет термин «лицо», вкладывая в него строго фиксированное содержание: это субъект преступления (ст. 19, 20, 21, 22).

Этот вывод обосновывается следующими обстоятельствами. Согласно закону уголовной ответственности могут подлежать только вменяемые физические лица, достигшие возраста уголовной ответственности, установленного ст. 20 УК РФ. Соответственно соучастником преступления может быть только лицо, обладающее признаками субъекта.

Если термин «лицо» используется законодателем в ином значении, т.е. не предполагающем наличия у него всех необходимых признаков субъекта, такое значение всегда раскрывается в содержании самого закона. Так, например, в ч. 2 ст. 32 УК РФ при характеристике одного из видов исполнителя законодатель конкретизирует это понятие следующим образом: «Лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных настоящим Кодексом».

Использование субъектом преступления невменяемого лица или лица, не достигшего возраста уголовной ответственности, именуется посредственным исполнением (причинением) и не является соучастием. В этом случае к уголовной ответственности может быть привлечено только виновное лицо, являющееся субъектом уголовной ответственности.

Этой позиции придерживается Пленум Верховного Суда РФ, прямо указавший в п. 9 Постановления от 14 февраля 2000 г. № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» (утратило силу), что совершение преступления с использованием лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста (ст. 20 УК РФ) или невменяемости (ст. 21 УК РФ), не создает соучастия. Аналогичные разъяснения содержатся в Постановлении от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже грабеже и разбое», а также в ряде других актов, разъясняющих позицию Верховного Суда РФ.

Вторым объективным признаком соучастия в преступлении является совместность участия в совершении преступления. Для квалификации преступления, совершенного в соучастии, кроме количественного признака, необходимо установить, что виновные принимали именно совместное участие в совершении одного и того же преступления, и исключить простое совпадение деятельности нескольких лиц, каждый из которых совершает преступление самостоятельно, несмотря на то, что находится в одном и том же месте и в одно и то же время.

Слово «совместность» в русском языке обозначает деятельность, поведение «вместе» с кем-либо, объединение действий с другими лицами. С точки зрения собственного (т.е. узкого) понимания термина совместность означает прежде всего совместное выполнение двумя или более лицами определенного действия. Однако в науке уголовного права этому понятию придается более широкое значение: наряду с соисполнительством совместным признается и совершение преступления с распределением функциональных ролей между соучастниками.

Оптимальным представляется определение признака совместности, предложенное В.С. Комиссаровым, который полагает, что «установление совместности деятельности предполагает выявление как минимум трех элементов: 1) взаимообусловленности деяний двух или более лиц; 2) единого для соучастников преступного результата, поскольку соучастники, совершая взаимно дополняющие действия, направляют их на достижение общего для каждого соучастника преступного результата; 3) причинной связи между деянием каждого соучастника и наступившим общим преступным результатом».

Понятие причинной связи применительно к соучастию в преступлении означает, что каждый из соучастников своими действиями вносит вклад в совершение преступления, поскольку такое преступление есть результат общих усилий виновных, объединившихся между собой для достижения конкретного результата. Из такого понимания причинности вытекает, что по времени действия соучастников всегда предшествуют наступлению преступного результата. Если то или иное лицо появилось после совершения преступления, то оно не могло содействовать совершению преступления, а поэтому его действия не могут считаться причиной наступившего преступного последствия.

Таким образом, лицо в качестве соучастника может присоединиться к совершению преступления только перед его совершением на стадиях предварительной преступной деятельности или в процессе исполнения преступления, но до его фактического окончания.

Совместность предполагает определенную связь между взаимодействующими лицами, задаваемую самой деятельностью. Вопрос о сущности такой взаимосвязи между соучастниками преступления является дискуссионным.

В литературе по этому поводу не сложилось единой позиции. Высказывалось, в частности, мнение, что деяния участвующих в преступлении лиц находятся в причинной связи друг с другом и с преступным результатом. Представляется правильной высказанная в литературе точка зрения, согласно которой действия соучастников находятся не в причинной зависимости, а лишь в корреляционной связи. Такую связь следует рассматривать как взаимообусловливающую корреляцию.

В отличие от причины, которая непосредственно порождает какое-либо явление или процесс, условия составляют ту обстановку, в которой последние возникают, существуют и развиваются. Такие условия сами по себе никогда не создают последствий, так как они генетически не связаны с результатом, но способствуют возникновению последствий. Поэтому поведение каждого соучастника выступает условием, но не причиной преступного деяния других лиц, оно лишь обусловливает преступную деятельность других соучастников. С практической точки зрения это положение подтверждается такими случаями, как неудавшееся соучастие, эксцесс исполнителя, а также добровольный отказ соучастника от продолжения преступной деятельности.

Установление объективных признаков соучастия не предрешает характер уголовной ответственности для лиц, совершивших преступление именно в соучастии. Для этого необходимо установить наличие признаков, характеризующих совместную деятельность виновных с внутренней, субъективной стороны.

В уголовном законодательстве РФ содержится четкое указание на то, что соучастием признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления.

При совершении любого вида преступления умысел каждого соучастника складывается из интеллектуальных элементов, включающих: 1) осознание общественной опасности собственного деяния; 2) осознание общественной опасности деяний других соучастников; 3) предвидение наступления совместного результата. Волевой элемент умысла организатора и подстрекателя характерезуется желанием совместного достижения преступного результата, а исполнителя и пособника – как желанием, так и допущением такого результата, либо безразличным к нему отношением.

Законодатель вполне определенно указал на недостаточность для соучастия признака совместности действий. Наряду с этим требуется, чтобы имелось осознание этой совместности: она должна охватываться сознанием и волей исполнителя и других соучастников. Из этого следует, что обязательным признаком субъективной стороны соучастия является наличие субъективной связи исполнителя и хотя бы одного из соучастников преступления.

Взаимная осведомленность о совершении преступления, соответствующая интеллектуальному моменту умысла соучастников означает, что каждый из участников преступления осознает: 1) факт совместного совершения преступления; 2) факт совершения преступления определенного вида; 3) общественную опасность не только своего деяния, но и деяния хотя бы одного из соучастников.

Субъективным выражением совместности и обязательным элементом соучастия выступает согласованный характер действий соучастников. Еще Н.С. Таганцев отмечал, что «соглашение составляет коренное условие соучастия. Пока оно не доказано по отношению к каждому из лиц, привлекаемых к совместной ответственности, до тех пор немыслимо говорить о соучастии как о специальном типе виновности».

Согласованность состоит во взаимном выражении намерения и желания каждого лица участвовать в совершении преступления вместе с другими лицами. Такое соглашение может быть достигнуто как предварительно (т.е. до начала выполнения объективной стороны преступления), так и во время совершения преступления в форме заведомого присоединения преступной деятельности одного лица к преступной деятельности других лиц, но до его окончания.

В последнем случае соучастниками могут использоваться доступные при таких обстоятельствах вербальные (устные, словесные) и невербальные (жесты, мимика) средства, либо их совокупность, с помощью которых осуществляется первоначальное взаимодействие с исполнителем преступления, а затем и их взаимодействие в рамках соисполнительства.

Самостоятельным субъективным признаком соучастия является участие в совершении умышленного преступления. Действующий уголовный закон (ст. 32 УК РФ) отверг возможность неосторожного соучастия и участия в неосторожном преступлении.

Возможность соучастия лишь в умышленном преступлении предполагает осознание субъектом всех признаков, образующих состав преступления, в совершении которого оно участвует. Конечно, это прежде всего единство направленности умысла по отношению к объекту и обстоятельствам, составляющим объективную сторону преступного посягательства. Что касается субъективной стороны, то в своих действиях соучастники преступления могут руководствоваться разными мотивами и целями.

В тех случаях, когда мотив и цель не отнесены законодателем к числу обязательных признаков данного состава преступления, они для квалификации действий соучастников значения не имеют и учитываются при назначении наказания. Но если в законодательном описании состава преступления содержится указание на мотив и цель, то они должны осознаваться всеми соучастниками, и соучастником может быть признан только тот, кто знал о наличии указанного мотива (цели) в совместно совершаемом деянии и сознательно содействовал ее достижению.

В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 г. № 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений» подчеркивается: «При квалификации действий виновного как хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору, суды должны исходить из требований, предусмотренных ч. 2 ст. 35 УК РФ.

При решении вопроса о квалификации таких действий по ч. 2 ст. 213 УК РФ судам следует иметь в виду, что предварительная договоренность должна быть достигнута не только о совершении совместных хулиганских действий, но и о применении оружия или предметов, используемых в качестве оружия, либо о совершении таких действий по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы любым из соучастников. Действия участников, не связанных предварительным сговором и не применявших оружие или предметы, используемые в качестве оружия, а также не совершавших преступные действия по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, не образуют состава указанного преступления. При наличии к тому оснований такие действия могут быть квалифицированы как мелкое хулиганство (ст. 20.1 КоАП РФ)».

Формы соучастия

1. Понятие и критерии классификации форм соучастия. Проблема форм соучастия имеет большое практическое и теоретическое значение. Четкое определение форм соучастия необходимо для правильного понимания его сущности, определения характера совершаемого соучастниками преступления, определения основания и пределов их уголовной ответственности.

В действующем уголовном законодательстве отсутствует термин «форма соучастия». В научных исследованиях последних лет форма соучастия в преступлении определяется как способ закрепления его содержания, который неотделим от этого содержания и служит его внешним выражением2, как отражение структуры связи между деяниями субъективно связанных лиц, а также степень соорганизованности деяний.

Форма соучастия действительно предстает как определенный характерный способ совершения преступления. Он определяется как характером совершаемых соучастниками действий, так и способом интеллектуально-информационного обмена между ними. Вместе с тем соучастие предполагает также и определенную внутреннюю взаимосвязь совместно действующих лиц. Она имеет существенную специфику применительно к совершению преступления с распределением ролей либо в соисполнительстве.

Поэтому форму соучастия можно определить как способ совместного совершения преступления, определяемый характером действий соучастников и субъективной связью между ними.

Вопрос о том, каковы формы соучастия и что следует считать критерием их классификации, – один из наиболее дискуссионных вопросов в теории российского уголовного права. Следует признать, что единых критериев классификации форм соучастия еще не выработано, а потому и не сложилось общепризнанной классификации этих форм.

В качестве основных критериев классификации признаются: 1) характер выполнения соучастниками объективной стороны совершаемого преступления и 2) наличие или отсутствие между ними предварительного соглашения (сговора на совершение преступления).

По первому основанию выделяют две формы соучастия: простое соучастие (оно же называется соисполнительством) и сложное соучастие (соучастие в тесном смысле этого слова или соучастие с разделением ролей).

В зависимости от второго критерия соучастие подразделяется на соучастие без предварительного соглашения и соучастие с предварительным соглашением.

В литературе широко представлены и иные классификации, критериями которых исследователи предлагают рассматривать степень сплоченности участников преступления, характер деятельности, индивидуальную роль каждого из соучастников, характер существующей между соучастниками субъективной связи, а также различное сочетание названных признаков. Предлагается также в рамках названных форм выделять и виды соучастия.

Действующее уголовное законодательство выделяет четыре разновидности преступных образований (ст. 35 УК РФ). Но являются ли они формами или видами соучастия, как считают отдельные авторы?

Ведь сам законодатель понятия «форма соучастия» и «вид соучастия» не раскрывает.

2. Формы соучастия. На наш взгляд, задача классификации форм соучастия в преступлении заключается в отражении различного уровня (степени) общественной опасности отдельных случаев совместного совершения преступления, который обусловливается совокупностью как объективных, так и субъективных признаков, характеризующих с внешней и внутренней стороны наиболее типичные их проявления.

Поэтому критериями классификации форм соучастия в преступлении выступают одновременно характер взаимодействия соучастников и степень их субъективной связанности. Мы предлагаем формами соучастия рассматривать: 1) сложное соучастие (соучастие с разделением юридических ролей); 2) соисполнительство (групповое соучастие); 3) соучастие особого рода.

В первом случае речь идет о соучастии с юридическим разделением ролей, ответственность за которое предусмотрена ст. 33 и 34 УК РФ.

Характеристика соисполнительства регламентируется законодателем в ч. 1 и 2 ст. 35 УК РФ, где раскрываются признаки группы лиц и группы лиц по предварительному сговору.

Повышенная степень соорганизованности соучастников и соответственно повышенная общественная опасность такого преступного объединения предопределили необходимость выделения законодателем в ст. 35 УК РФ организованной группы (ч. 3) и преступного сообщества (преступной организации) (ч. 4).

Представляется, что последние две разновидности совместной преступной деятельности двух и более лиц в полной мере не охватываются рамками традиционного понимания института соучастия, поскольку: во-первых, могут сочетать в себе элементы группового соучастия (соисполнительства) и сложного соучастия (с юридическим разделением ролей); во-вторых, представляют собой соучастие особого рода, сущность которого состоит в создании и участии в преступном объединении, целью которого является не совершение единичного преступления, а преступная деятельность.

Если в случае совершения преступления группой лиц по предварительному сговору и без него, а также при сложном соучастии связь соучастников прекращает свое существование вместе с совершением преступления, то связь между участниками организованного преступного объединения не исчерпывается совершением одного или нескольких преступных деяний, так как цель такого объединения – совершение неограниченного количества уголовных правонарушений.

Деление соучастия на формы в определенной степени является условным, вместе с тем полагаем, что предложенная классификация соучастия на формы и виды представляется практически значимой, поскольку отражает конкретные названные в уголовном законе случаи совместной преступной деятельности.

Сложное соучастие характеризуется тем, что один соучастник непосредственно совершает действия, образующие объективную сторону преступления (исполнитель), другие – организатор, подстрекатель и пособник – своими действиями создают условия или облегчают совершение преступления исполнителем. Другими словами, при такой форме соучастия виновные чаще всего выполняют различные роли.

Поэтому сложное соучастие получает квалификацию по совокупности статей Особенной части и ст. 33 УК РФ.

Признаком, характеризующим соисполнительство и отличающим его от иных форм соучастия в преступлении, является фактическое участие всех участников преступной группы в полном или частичном воздействии на объект уголовно-правовой охраны, т.е. в выполнении объективной стороны конкретного состава преступления, предусмотренного в Особенной части УК РФ.

Существует еще один важный аспект соисполнтельства: это учет единства времени и места действия виновных. Считается, что если субъекты совершают преступные действия в одно время и в одном месте, то преступление совершено группой, если нет – имеет место сложное соучастие.

При соисполнительстве в группе лиц по предварительному сговору могут распределяться технические функции между участниками. Это подчеркнуто в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»: «Исходя из смысла части второй статьи 35 УК РФ уголовная ответственность за кражу, грабеж или разбой, совершенные группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления (например, лицо не проникало в жилище, но участвовало во взломе дверей, запоров, решеток, по заранее состоявшейся договоренности вывозило похищенное, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления), содеянное ими является соисполнительством и в силу части второй статьи 34 УК РФ не требует дополнительной квалификации по статье 33 УК РФ».

Законодатель признает преступление совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора (ч. 1 ст. 35 УК РФ). При определении группы лиц законодатель частично использует родовые признаки соучастия (совместность, участие нескольких лиц). К специфическим признакам, отраженным в законе, отнесены соисполнительство и отсутствие предварительного сговора.

Для преступлений, совершенных группой лиц, бывает характерным присоединение соучастников к исполнителю, уже начавшему выполнение объективной стороны преступления. Многие лица участвуют в преступлении из чувства солидарности с остальными соучастниками, нередко случайно, в силу того, что оказались с другими в данном месте, либо в результате внезапно возникшей ситуации, повлекшей за собой совершение преступления.

В группе лиц (простой группе) решение о совершении преступления принимается в основном на фоне конкретной ситуации и под влиянием эмоций. С субъективной стороны группа лиц предполагает осознание каждым участником того, что преступное последствие достигается не в одиночку, а совместно с другими лицами. Чертой, отличающей простую группу иных разновидностей группового соучастия и сложного соучастия, является отсутствие предварительного сговора как такового.

Это интересно:  Какой может быть госпошлина на паспорт - нюансы стоимости

В отличие от опосредованного взаимодействия при сложном соучастии связь соучастников при простом соучастии (группе лиц) характеризуется прямым взаимодействием. Такая группа отличается тем, что при отсутствии предварительного соглашения оно достигается путем совершения действий, адекватных сложившейся ситуации и поведению других участников. На стадии исполнения преступления соглашение внешне может быть выражено (хотя бы одним лицом) словами или жестами. Каждый участник группы, сложившейся без предварительного сговора, осознает, что его действия объединяются с аналогичными действиями других лиц. Группа лиц становится одновременно единым и в то же время множественным субъектом преступления, единство которого обеспечивается консолидирующими целями, эмоциональноволевым настроем, внезапностью умысла, быстротечной реализаций в тождественных или однородных действиях многих людей.

Согласно ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору во всех тех случаях, когда соглашение на совместное совершение преступления между соисполнителями состоялось до его начала.

Судебная практика также исходит из того, что группа лиц по предварительному сговору характеризуется всеми объективными и субъективными признаками простой группы (группы лиц) и состоит только из лиц, объединяющих свои усилия при непосредственном совершении преступления во временных рамках начала и окончания выполнения его объективной стороны. Так, в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» указывается, что группа лиц по предварительному сговору может состоять только из исполнителей. Такой подход представляется верным, поскольку распределение функциональных (юридических) ролей, на наш взгляд, возможно при сложном соучастии и групповом соучастии особого рода. Участниками же группы лиц по предварительному сговору могут быть только два или более соисполнителя. Распределение ролей при этой форме соучастия возможно, но оно носит исключительно технический характер. Отличительным признаком этого вида соисполнительства, повышающим общественную опасность, выступает предварительный сговор.

Таким образом, специфическим признаком, отграничивающим группу лиц по предварительному сговору от простой группы (группы лиц), является указание законодателя на то, что участники такой группы заранее договорились о совместном совершении преступления.

Суть предварительного сговора – наличие соглашения о совместном непосредственном совершении преступления, с юридически равным и полным вовлечением каждого соучастника.

Время соглашения следует определять исходя из юридического момента начала преступного деяния. Началом осуществления объективной стороны состава преступления служит покушение, именно на этой стадии развития преступной деятельности происходит непосредственное посягательство на объект. Следовательно, соглашение, состоявшееся до момента покушения на преступление, следует считать предварительным.

Предварительный сговор возможен как с заранее обдуманным, так и внезапно возникшим умыслом. Он может касаться как отдельных моментов совершения преступления, так и посягательства в целом.

От сложного соучастия группа лиц по предварительному сговору отличается главным образом содержанием признака совместности, поскольку и сложному соучастию предшествует предварительный сговор.

Сложное соучастие (с юридическим распределением ролей) не образует группу, поскольку соучастники (организатор, подстрекатель, пособник) не принимают непосредственного участия в деянии, образующем объективную сторону соответствующего состава преступления.

В соответствии с действующим законодательством (ч. 3 ст. 35 УК РФ) преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Таким образом, законодатель определил три признака организованной группы: 1) устойчивость; 2) наличие цели в виде совершения одного или нескольких преступлений и 3) факт объединения для его (их) совершения (в отличие от договоренности о совершении преступления как признака группы лиц по предварительному сговору).

Наиболее успешная попытка сформулировать признаки организованной группы, на наш взгляд, была предпринята в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. № 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм». Рассматривая банду как организованную, устойчивую вооруженную группу из двух или более лиц, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации, Пленум указывает: «Об устойчивости банды могут свидетельствовать, в частности, такие признаки, как стабильность ее состава, тесная взаимосвязь между ее членами, согласованность их действий, постоянство форм и методов преступной деятельности, длительность ее существования и количество совершенных преступлений».

Таким образом, Верховный Суд РФ в качестве показателей устойчивости предлагает наряду с другими рассматривать не только длительность существования преступной группы, но и количество совершаемых преступлений. Представляется, что этот фрагмент противоречит предписанию нормы уголовного закона (ч. 3 ст. 35 УК РФ) о том, что организованная группа может быть создана для совершения одного преступления. Не случайно указанное противоречие послужило поводом для высказанных в литературе предложений об исключении из ч. 3 ст. 35 УК РФ указания на то, что организованной может быть признана группа, объединившаяся для совершения одного преступления. Эти предложения заслуживают внимания и обсуждения.

Согласно ч. 4 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено структурированной организованной группой или объединением организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды.

Таким образом, исходя из положений закона, это преступное объединение отличается от организованной группы более сложной внутренней структурой и наличием специальной цели – совместного совершения тяжких или особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды.

Преступное сообщество (преступная организация) может осуществлять свою преступную деятельность либо в форме структурированной организованной группы, либо в форме объединения организованных групп, действующих под единым руководством.

В ст. 210 УК РФ, регламентирующей ответственность за организацию и участие в названном преступном объединении, в качестве одной из его форм законодатель называет структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации).

В качестве структурированной организованной группы следует рассматривать группу лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений, состоящую из подразделений (подгрупп, звеньев и т.п.), характеризующихся стабильностью состава и согласованностью своих действий.

Структурированной организованной группе, кроме единого руководства, присущи взаимодействие различных ее подразделений в целях реализации общих преступных намерений, распределение между ними функций, наличие возможной специализации в выполнении конкретных действий при совершении преступления и другие формы обеспечения деятельности преступного сообщества (преступной организации)1.

Объединение организованных групп предполагает наличие единого руководства и устойчивых связей между самостоятельно действующими организованными группами, совместное планирование и участие в совершении одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений, совместное выполнение иных действий, связанных с функционированием такого объединения.

Под структурным подразделением преступного сообщества (преступной организации) следует понимать функционально и (или) территориально обособленную группу, состоящую из двух или более лиц (включая руководителя этой группы), которая в рамках и в соответствии с целями преступного сообщества (преступной организации) осуществляет преступную деятельность. Такие структурные подразделения, объединенные для решения общих задач преступного сообщества (преступной организации), могут не только совершать отдельные преступления (дачу взятки, подделку документов и т.п.), но и выполнять иные задачи, направленные на обеспечение функционирования преступного сообщества (преступной организации).

Законодательное определение преступного сообщества выходит за рамки традиционного понимания института соучастия в преступлении, поскольку оно представляет собой не просто объединение усилий двух или более лиц в совершении умышленного преступления, а возникновение и функционирование специфических отношений в сплоченной преступной среде, основанных на структурировании и дифференциации преступной деятельности, выработанных в ее недрах нормах поведения и ответственности. Более того, в преступных группах, обладающих признаками высокой организации, лидер (организатор), как правило, сам в совершении преступления участия не принимает, его нельзя ставить в один ряд с другими соучастниками преступления, так как это категория другого явления, имеющего существенные особенности, связанные с более высоким уровнем организованности.

Виды соучастников преступления

Если классификация форм соучастия имеет своей задачей показать типовые особенности совместной деятельности лиц по совершению умышленного преступления, то определение видов соучастников – это установление индивидуальной роли каждого из них в ходе его подготовки и совершения.

В соответствии со ст. 33 УК РФ соучастниками преступления наряду с исполнителем признаются организатор, подстрекатель и пособник.

Действующее законодательство классифицирует соучастников по характеру выполняемых ими действий.

1. Исполнитель преступления. Согласно ч. 2 ст. 33 УК РФ исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), а также лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных Уголовным кодексом.

Исполнитель преступления – это соучастник, который полностью или частично (при соисполнительстве) выполняет объективную сторону преступления, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ. Причем об исполнительстве речь идет только в том случае, когда в совершении преступления участвуют и другие участники.

Кроме лиц, полностью или частично выполняющих объективную сторону преступления, уголовный закон признает исполнителями преступления лиц, причиняющих преступный результат путем использования в качестве орудия преступления другого человека (посредственное исполнение). Посредственное исполнение имеет место в случае, если субъект для совершения объективной стороны преступления использует лицо, не достигшее возраста, необходимого для уголовной ответственности, а также невменяемого (ст. 21 УК РФ). В этом случае взрослый вменяемый субъект будет отвечать как непосредственный исполнитель, а в первом случае – также за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 УК РФ).

Посредственным исполнителем признается лицо, использовавшее психическое или физическое насилие в отношении другого человека, который в силу этого является непосредственным исполнителем преступного действия. В таком случае лицо, подвергшееся насилию и в силу этого лишенное возможности принимать волевое решение, не подлежит уголовной ответственности. Однако если оно сохраняет возможность и способность руководить своими действиями, способно предотвратить или избежать преступления, но не использует этой возможности и совершает преступление, то подлежит уголовной ответственности как соисполнитель.

Посредственное исполнение также налицо, если субъект, непосредственно совершающий действия, соответствующие составу преступления, осуществляет их неумышленно, при условии, что ошибка в основных элементах, образующих объективную сторону состава преступления, вызвана умышленными действиями другого лица (например, лицо по просьбе другого человека предъявляет к оплате фиктивный платежный документ, не зная о его фиктивности).

Посредственным исполнителем является и руководитель, отдающий заведомо преступный приказ подчиненному. Он будет нести уголовную ответственность как исполнитель преступления. Подчиненный же подлежит ответственности лишь в случае, если он осознавал преступность приказа, но все-таки исполнил его.

Действия исполнителя с субъективной стороны характеризуются как прямым, так и косвенным умыслом. При этом исполнитель сознает, что преступление совершается им совместно с другими соучастниками и преступный результат будет итогом их совместной деятельности; предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий, желает их наступления, сознательно допускает либо относится к наступлению таких последствий безразлично.

2. Организатор преступления. Организатором преступления признается лицо, организовавшее совершение преступления или руководившее его исполнением, а также лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество либо руководившее ими (ч. 3 ст. 33 УК РФ).

Организатор – это инициатор или руководитель подготовки совершения преступления. Он подбирает участников преступления, распределяет роли между соучастниками, разрабатывает планы преступной деятельности и проч. Следует отметить, что среди всех соучастников организатор – наиболее опасный преступник, что должно учитываться при назначении ему наказания.

С объективной стороны деятельность организатора возможна только в активном проявлении.

Организатор преступления – это инициатор преступления. Организатора преступления отличает от других участников прежде всего инициатива, проявленная в подготовке к преступлению, т.е. вовлечение в преступление других лиц, активное участие в разработке плана совместной деятельности и возможное активное участие в преступлении, совершаемое группой. Этим организация преступления отличается от подстрекательства и пособничества.

Организация совершения преступления означает руководство подготовкой конкретного преступления. Можно выделить следующие функции при осуществлении такой деятельности:

а) подыскание и вовлечение участников в совместную деятельность по подготовке и совершению преступления;
б) определение объекта преступного посягательства;
в) распределение между соучастниками функциональных обязанностей (ролей);
г) разработка плана совершения преступления и инструктирование участников преступления;
д) определение места, времени, средств, способов преступления;
е) создание благоприятных условий для его совершения;
ж) обеспечение участников орудиями и средствами совершения преступления;
з) направление совместных усилий на его совершение;
и) руководство по сокрытию орудий и следов преступления, а также ценностей, добытых преступным путем.

Указанные и другие возможные разновидности организационной деятельности нельзя признавать обязательным для всех случаев организованного совершения преступления. Их объем и сочетание могут быть различными. Следует признать правильным мнение большинства ученых о том, что для признания лица организатором преступления достаточно наличия в его действиях признаков выполнения им хотя бы одной из названных функций.

Следует также учитывать, что в каждом конкретном случае форма организаторской деятельности в совершении конкретного преступления будет индивидуальна. Однако при всем многообразии таких форм организатор заметно выделяется среди остальных соучастников, он как бы стоит над ними, определяя и направляя совместную деятельность.

Руководство исполнением преступления предполагает осуществление организационных функций в ходе уже начатого преступления.

Поэтому под руководителем преступления следует понимать лицо, которое возглавляет преступное посягательство в ходе его реализации.

На этом этапе деятельность организатора заключается в даче указаний соучастникам, координировании их действий, контроле за их выполнением, отвлечении внимания населения и представителей правоохранительных органов и проч.

Организатором в уголовном праве признается не только лицо, осуществляющее организационные функции по подготовке и совершению отдельных преступлений, но и лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими.

На наш взгляд, это качественно иной вид организационной деятельности, так как в его основе лежит понятие преступной деятельности, которое должно рассматриваться «как устойчивая система предумышленных преступных деяний, носящих преемственный характер».

Отличие между названными видами организационной деятельности состоит в том, что 1) различны цели такой деятельности: в одном случае – это конкретное преступление, в другом – совершение ряда преступлений, но не разрозненных, а направленных, как правило, на систематическое получение противоправных доходов, 2) при организации единичного преступления отсутствует необходимость в образовании устойчивой преступной группы, следовательно, формы связи между ее участниками значительно проще.

Главной чертой объективной стороны организации преступной деятельности является объединение усилий, направление посредством властно-распорядительных отношений силы и воли участников преступного объединения в намерении осуществления неоднократных преступных действий, создание устойчивой связи между его членами.

Создание преступного объединения предполагает разработку структуры группы, ее организационной формы, определение направлений преступной деятельности, методов их осуществления, подбор участников, их сплочение (придание устойчивости группе), выработку организационных форм связи между участниками.

Руководство организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) заключается в действиях организатора, направленных на обеспечение созданного преступного объединения в целях осуществления его участниками преступной деятельности. Оно подразумевает не только определение и координацию направлений преступной деятельности, ее задач и этапов решения, средств и способов достижения цели, распределение конкретным участникам тех или иных ролей, но и осуществление властно-распорядительных функций, в том числе и при разрешении различного рода спорных, конфликтных ситуаций между подразделениями и отдельными участниками.

К функциям по руководству преступной деятельностью следует отнести также разработку мер по обеспечению конспирации преступной деятельности, обеспечение моральной и материальной поддержки участников, привлеченных к уголовной ответственности, оснащение участников оружием, транспортом, средствами связи, разработку мер по приданию преступной деятельности легального вида: «отмывание» преступных доходов через создаваемые коммерческие структуры, налаживание и использование коррумпированных связей в органах власти и управления в целях противодействия правоохранительным и контролирующим органам и т.п.

Организация преступной деятельности может осуществляться на различных ее этапах различными лицами, так как организаторы могут выделяться также в различных структурных подразделениях преступного сообщества (преступной организации), создаваемых для относительно самостоятельного осуществления преступной деятельности.

Такие лица конечно же могут принимать участие в планировании и подготовке конкретного преступления. Только в этом случае, на наш взгляд, выполнение организационных либо иных функций (подстрекателя, пособника) превращает организатора объединения в соучастника преступления.

Повышенная общественная опасность организатора преступной деятельности находит свое отражение в Особенной части УК РФ. Так, деятельность организатора преступного сообщества (преступной организации) признается законодателем самостоятельным видом преступления (ч. 1 ст. 210 УК РФ). Организационная деятельность как самостоятельное преступление влечет ответственность также в соответствии со ст. 205.4, 208, 209, 282.1 УК РФ.

Согласно действующей редакции ч. 1 ст. 210 УК РФ круг объективных признаков организационной преступной деятельности, которые не связаны с совместным совершением преступления, законодательно значительно расширен. Наряду с созданием и руководством преступным объединением таковыми являются:

  • координация преступных действий;
  • создание устойчивых преступных связей между различными самостоятельно действующими организованными группами;
  • раздел сфер преступного влияния и преступных доходов между ними;
  • участие в собрании организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных преступных групп в целях совершения хотя бы одного из указанных преступлений.

С субъективной стороны организационная деятельность всегда предполагает наличие прямого умысла.

3. Подстрекатель преступления. Подстрекатель – это лицо, склонившее другое лицо к совершению преступления. Склоняя исполнителя к совершению преступления, подстрекатель, как правило, сам не принимает участия в его непосредственном совершении.

С объективной стороны подстрекательство всегда заключается в действии. Эти действия в законе (ч. 4 ст. 33 УК РФ) описаны как склонение другого лица к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом. В литературе перечень таких убеждающих методов значительно расширен. К убеждающим относятся: просьба, предложение, подкуп, лесть, различные обещания, возбуждение чувства зависти, ревности, мести. Принуждающими являются такие способы, как приказ, угроза в отношении самого лица либо его близких, насилие, злоупотребление служебным положением, и т.п.

С субъективной стороны подстрекательство может быть только умышленным. Возбуждая в другом лице решимость совершить преступление, подстрекатель всегда осознает общественно опасный характер своих действий и предвидит их последствия. Волевая сторона деятельности подстрекателя заключается в желании совершения преступления исполнителем и наступления преступного результата. Подстрекательскими действия могут быть признаны лишь тогда, когда субъект призывает к совершению конкретно определенного преступления.

4. Пособник преступления. Пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия преступления, следы преступления, либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы (ч. 5 ст. 33 УК РФ).

Оказывая содействие исполнителю, пособник тем самым посягает на конкретные, защищаемые уголовным законом общественные отношения, и именно это обстоятельство определяет общественную опасность совершаемого им деяния. В каждом случае степень общественной опасности деяния пособника зависит, во-первых, от характера общественных отношений, подвергнувшихся посягательству, и, во-вторых, от значения оказанного содействия для достижения преступного результата.

Это интересно:  Заказ по треку идёт в Бразилию

В зависимости от способа оказания содействия в теории уголовного права пособничество принято подразделять на физическое и интеллектуальное.

Физическое пособничество заключается в предоставлении исполнителю необходимых для совершения преступления материальных средств, орудий преступления или устранении препятствий к его совершению.

Интеллектуальное пособничество включает в себя: дачу советов и указаний, предоставление информации, заранее данное обещание скрыть преступника, следы и орудия преступления, предметы, добытые преступным путем, заранее данное обещание приобрести или сбыть такие предметы. Пособник содействует исполнителю в совершении преступления, создавая своими действиями реальную возможность его осуществления.

Умысел пособника характеризуется: а) осознанием общественно опасного характера преступления, совершаемого с его помощью; б) предвидением общественно опасных преступных последствий, наступивших в результате совместных с исполнителем действий; в) желанием или сознательным допущением их наступления.

Ответственность соучастников

1. Основание ответственности соучастников. Уголовное законодательство не предусматривает особого основания ответственности за соучастие в преступлении. Основанием уголовной ответственности и в данной форме совершения преступления предстает совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренные уголовным законом (ст. 8 УК РФ).

Особенность соучастия состоит лишь в том, что признаки состава и его границы очерчены как признаками конкретного состава, закрепленными в статье Особенной части УК РФ, так и признаками, сформулированными в статьях гл. 7 УК РФ. Поэтому для обоснования ответственности соучастников наряду с признаками, содержащимися в соответствующих статьях Особенной части, необходимо установить условия ответственности, сформулированные в ст. 34 УК РФ.

Применительно к соучастию с распределением ролей (сложное соучастие) вопрос об основании уголовной ответственности соучастников решается далеко не однозначно. На этот счет существуют две основные позиции: одна исходит из признания акцессорного характера соучастия, когда ответственность соучастников связывается с ответственностью исполнителя преступления, другая строится на утверждении независимости ответственности соучастников от действий исполнителя.

До недавнего времени советская наука уголовного права категорически отрицала теорию акцессорности соучастия, согласно которой центральной фигурой при совершении преступления в соучастии с распределением ролей выступает исполнитель.

Конечно же основание ответственности каждого из соучастников лежит не в действиях исполнителя, а в характере действий, совершенных ими лично для достижения общего преступного результата.

Вместе с тем мы согласны с позицией тех ученых, которые полагают, что без исполнителя нет и соучастия, особые условия и формы ответственности соучастников возможны только в том случае, если исполнитель выполнил задуманный состав преступления или по крайней мере начал его исполнение.

В ст. 8 УК РФ установлено единое основание уголовной ответственности – совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом. Оно одинаково относимо как к отдельному лицу, так и к группе преступников.

Поэтому основанием уголовной ответственности всех соучастников является наличие в их действиях всех признаков состава преступления.

Учитывая же, что объективная сторона преступления выполняется исполнителем, очевидно, что УК РФ ставит ответственность соучастников в зависимость от ответственности исполнителя, т.е. действия соисполнителей квалифицируются по статье Особенной части УК РФ, предусматривающей ответственность за совместно совершенное преступление без ссылки на ст. 33 УК РФ (ч. 2 ст. 34 УК РФ), действия же остальных соучастников при сложном соучастии (с распределением ролей) также квалифицируются по статье, предусматривающей наказание за совершение преступления, объективную сторону которого выполнил исполнитель, со ссылкой на ст. 33 УК РФ (ч. 3 ст. 34 УК РФ). В случае совершения преступления специальным субъектом остальные соучастники, не имеющие этого признака, могут отвечать лишь как организаторы, подстрекатели или пособники, но не как исполнители. Например, недолжностное лицо не может получить взятку (ст. 290 УК РФ), точно так же, как невоеннослужащий не может совершить, например, дезертирство (ст. 338 УК РФ), однако это не исключает их ответственности за соучастие в данных преступлениях. В случае недоведения исполнителем преступления до конца по не зависящим от него обстоятельствам остальные соучастники несут уголовную ответственность за приготовление к совершению преступления или покушение на его совершение (ч. 5 ст. 34 УК РФ), т.е. следуют судьбе исполнителя.

Исключение из общего правила акцессорности соучастия возможно лишь в случае, когда соучастники четко выполняли свои роли, однако в самый последний момент исполнитель отказался от совершения преступления. В такой ситуации исполнитель освобождается от уголовной ответственности (если в его действиях не содержится состав преступления), но остальные соучастники должны нести ответственность за приготовление к соответствующему преступлению, поскольку их конкретные противоправные деяния уже выполнены.

Таким образом, основания и пределы ответственности соучастников определяются в соответствии с уголовно-правовой оценкой деяния, совершенного исполнителем. Этот вывод не противоречит законодательному положению об общем основании уголовной ответственности соучастников, каковым является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления.

Единое основание уголовной ответственности означает, что все соучастники отвечают в рамках той статьи Особенной части УК РФ, которая вменяется исполнителю. В нормах Общей части УК РФ законодатель уточняет и конкретизирует уголовно-правовую специфику оценки деятельности организатора, подстрекателя и пособника, определяя содержание объективной и субъективной сторон их преступной деятельности.

2. Пределы ответственности соучастников. Имея единое основание уголовной ответственности, соучастники отвечают хотя и за общее преступление, но в пределах лично ими совершенного, т.е. в зависимости от характера и степени их участия в преступлении.

Подтверждением этого служит норма УК РФ об эксцессе исполнителя (ст. 36), согласно которой совершение исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом других соучастников, не влечет их ответственности.

Ответственность соучастников должна быть самостоятельной и строго индивидуальной, поскольку состав преступления, содержащийся в действиях каждого соучастника, имеет свои особенности, обусловленные характером их действий. Это прямо вытекает из ч. 1 ст. 34 УК РФ, устанавливающей, что ответственность соучастников определяется характером и степенью фактического участия каждого их них в совершении преступления. Именно эти обстоятельства лежат в основе характеристики степени общественной опасности соучастников и их действий по совершению преступления. Поскольку понятия степени и характера участия в совершении преступления закон не раскрывает, это делается в теории уголовного права.

Чаще всего в литературе под характером участия в совершении преступления понимается исполняемая соучастником роль, функция, т.е. отнесение лица к тому или иному виду соучастников, а под степенью участия – мера активности лица в выполнении своей роли, проявляющуюся в виде и объеме деятельности при осуществлении определенной роли или в объеме выполняемых ролей.

Совместная преступная деятельность не означает равного наказания всех соучастников, наказание для них должно быть максимально индивидуализировано.

При назначении наказания прежде всего должна учитываться и оцениваться индивидуальная роль каждого соучастника в совершении преступления. При этом основными критериями такой оценки при избрании меры наказания должны быть характер и степень участия в преступлении. В соответствии с ч. 1 ст. 67 УК РФ при назначении наказания за преступление, совершенное в соучастии, должны учитываться как характер и степень фактического участия каждого соучастника в преступлении, значение этого участия для достижения преступного результата, его влияния на характер и размер причиненного или возможного вреда, так и смягчающие или отягчающие обстоятельства, относящиеся к личности каждого из них.

Помимо названных обстоятельств при назначении наказания должна учитываться форма соучастия, так как совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой, преступным сообществом (преступной организацией) влечет более строгое наказание.

Преступление могут характеризовать различные объективные и субъективные признаки. Они по-разному вменяются в вину соучастникам.

Из смысла ч. 2 ст. 67 УК РФ вытекает, что при назначении наказания смягчающие и отягчающие обстоятельства, относящиеся к личности отдельного соучастника, учитываются судом при назначении наказания только этому соучастнику. Следовательно, объективные обстоятельства, характеризующие само преступление, должны учитываться в отношении всех соучастников, если они их осознавали, т.е. эти обстоятельства охватывались их умыслом. Таким образом, соучастники несут ответственность за все обстоятельства, характеризующие состав преступления, за исключением обстоятельств, прямо и непосредственно связанных с личностью кого-либо из них.

В ч. 5 ст. 34 УК РФ впервые на законодательном уровне установлено, что в случае недоведения исполнителем преступления до конца по не зависящим от него обстоятельствам остальные соучастники несут уголовную ответственность за приготовление к преступлению или покушение на преступление. За приготовление к преступлению несет уголовную ответственность также лицо, которому по не зависящим от него обстоятельствам не удалось склонить других лиц к совершению преступления.

Неудавшаяся организаторская деятельность, неудавшееся подстрекательство или пособничество не образуют соучастия, так как в этих случаях нет совместности преступных действий. Поэтому неудавшееся соучастие следует квалифицировать как приготовление к преступлению или покушение на преступление со ссылкой на ст. 30 УК РФ и статью Особенной части, предусматривающую ответственность за это преступление. При этом следует иметь в виду, что, согласно ч. 2 ст. 30 УК РФ, ответственность за приготовление наступает лишь в отношении тяжких и особо тяжких преступлений. Поэтому организатор, подстрекатель и пособник неудавшегося соучастия отвечают за приготовление, если преступление относится к категории тяжких либо особо тяжких.

3. Особенности добровольного отказа соучастников от преступления. Специфика совместной преступной деятельности обусловливает определенные особенности добровольного отказа отдельных соучастников от доведения преступления до конца. По времени такой отказ возможен до окончания преступления исполнителем.

Добровольный отказ организатора и подстрекателя должен выражаться в форме активных действий, направленных на предотвращение совершение преступления, совершаемого исполнителем. Для их добровольного отказа необходимо, чтобы они ликвидировали созданные ими ранее условия и, таким образом, сделали невозможным совершение преступления. Они не подлежат уголовной ответственности, если своевременным сообщением правоохранительным органам или иными предпринятыми мерами предотвратили доведение преступления исполнителем до конца. Сообщение признается своевременным, если соответствующие органы власти располагали достаточным временем для принятия мер по пресечению преступных действий. Если указанные действия организатора или подстрекателя не привели к предотвращению преступления исполнителем, они подлежат уголовной ответственности, а предпринятые ими меры могут быть признаны судом смягчающими обстоятельствами при назначении наказания.

Добровольный отказ пособника имеет существенное отличие от добровольного отказа организатора и подстрекателя. В отличие от последних добровольный отказ пособника закон (ст. 31 УК РФ) не связывает с предотвращением преступления. Для такого отказа достаточно, чтобы он предпринял все зависящие от него меры, чтобы предотвратить совершение преступления.

Виды и формы соучастия в преступлении

В зависимости от функциональных ролей, выполняемых со­участниками преступления, можно выделять два вида соучастия :

    1. простое;
    2. сложное.

В зависимости от степени сплоченности соучастников — четыре формы соучастия :

    • группа лиц без предва­рительного сговора;
    • группа лиц по предварительному сговору;
    • организованная группа;
    • преступное сообщество (преступная ор­ганизация).

Деление соучастия на виды и формы не является взаимоисключающим, и ряд случаев совместного совершения преступления может быть отнесен и к одному из видов соучастия, и к одной из его форм.

Важно! Следует иметь ввиду, что:

  • Каждый случай уникален и индивидуален.
  • Тщательное изучение вопроса не всегда гарантирует положительный исход дела. Он зависит от множества факторов.

Чтобы получить максимально подробную консультацию по своему вопросу, вам достаточно выбрать любой из предложенных вариантов:

  • Обратиться за консультацией через форму.
  • Воспользоваться онлайн чатом в нижнем правом углу экрана.
  • Позвонить:
    • По всей России: +7 (800) 350-73-32

Виды соучастия

В основу выделения видов соучастия может быть положен критерий функциональных ролей, выполняемых соучастниками , т.е. отсутствие или наличие в дополнение к соис­полнителям иных разновидностей соучастников. На этой основе может быть выделено:

    1. простое соучастие или соисполнительство (в котором все без исключения совместно участвующие в совер­шении преступления лица являются соисполнителями);
    2. сложное соучастие (в котором наряду с исполнителем (соисполнителями) присутствуют организатор, подстрекатель и (или) пособник).

Выделение видов соучастия имеет значение при квалифика­ции преступления, совершенного в соучастии:

1) при простом со­участии:

    • действия всех соучастников квалифицируются только по статье Особенной части УК РФ, предусматривающей ответствен­ность за совершенное ими преступление;
    • в случае, если такой статьей предусмотрен квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сго­вору или организованной группой, — то с вменением данного ква­лифицирующего признака (ч. 2 ст. 34 УК РФ).

2) при сложном со­участии:

    • действия исполнителя (соисполнителей) квалифицируют­ся аналогично простому соучастию. Действия же организатора, подстрекателя, пособника квалифицируются соответственно по ч. 3, 4, 5 ст. 33 УК РФ и по статье Особенной части УК РФ, преду­сматривающей ответственность за совершенное ими преступление (с вменением при наличии соисполнителей и при указании на то в статье Особенной части УК РФ также квалифицирующего при­знака группового совершения преступления). Ссылка на ст. 33 УК РФ применительно к действиям организатора, подстрекателя, пособника не требуется , если одновременно с выполнением ими организаторских, подстрекательских и пособнических функций они являются соисполнителями преступления (ч. 3 ст. 34 УК РФ).

Формы соучастия

В основу выделения форм соучастия может быть положен критерий сплоченности соучастников , который позволяет выделить такие формы соучастия, как:

    1. группа лиц (без предварительного сговора),
    2. группа лиц по предварительному сговору,
    3. организованная группа,
    4. преступное сообщество (пре­ступная организация) (ч. 1-4 ст. 35 УК РФ).

Совершение пре­ступления группой лиц, группой по предварительному сговору, организованной группой является квалифицирующим призна­ком многих преступлений (например, п. «ж» ч. 2 ст. 105, п. «б» ч. 2 ст. 131, ч. 2, 4 ст. 162 УК РФ).

Преступление, совер­шенное группой лиц (без предварительного сговора)

Согласно ч. 1 ст. 35 УК РФ преступление признается совер­шенным группой лиц , если в его совершении совместно участвова­ли два или более исполнителя без предварительного сговора.

От всех иных форм соучастия данная отличается отсутствием предва­рительного сговора, т. е. спонтанностью, внезапностью возникно­вения и реализации умысла на совершение преступления. В силупрямого указания закона обязательным признаком группы лиц без предварительного сговора является наличие двух и более соиспол­нителей (при этом следует учитывать «группо­вое исполнение преступления»); пособничество в совершении преступления (подстрекательство к его совершению) единственно­му исполнителю не образует данной формы соучастия.

Вследствие внезапности преступных действий группа лиц без предварительного сговора в основном встречается как разновид­ность простого соучастия. Тем не менее, здесь возможно и слож­ное соучастие, когда в процессе осуществления преступного по­сягательства у соисполнителей появляется пособник (в еще более редких случаях — подстрекатель) либо когда преступление, совер­шаемое в сложном соучастии, является следствием внезапного видоизменения первоначально существовавшего замысла.

Преступление, совер­шенное группой лиц (по предварительному сговору)

В ч. 2 ст. 35 УК РФ указывается, что преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору , если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совер­шении преступления.

Предварительный сговор на совершение преступления предполагает выраженную в любой форме (пись­менной, устной, конклюдентной) договоренность, состоявшуюся до начала непосредственного выполнения объективной стороны преступления (см., напр.: п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1, п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29).

В судебной практике считается, что конститутивным призна­ком группы лиц по предварительному сговору является наличие двух и более соисполнителей (см., напр.: п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1, п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29)(при этом следует учитывать ска­занное ранее о «групповом исполнении преступления»).Так, по одному из дел было исключено из приговора указание на совер­шение убийства группой лиц по предварительному сговору (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ), поскольку было установлено, что из двух соучастников один являлся исполнителем, а другой — пособ­ником (см.: БВС РФ. 2002. №2.С. 16-17).

Группа лиц по предварительному сговору может относиться как к простому, так и к сложному соучастию.

Отличительной чертой организованной группы (ч. 3 ст. 35 УК РФ), позволяющей отделить ее от группы лиц по предваритель­ному сговору, является устойчивость . Об устойчивости могут свиде­тельствовать такие признаки, как стабильность группы, тесная взаи­мосвязь между ее членами, согласованность действий и их планиро­вание, наличие признанного руководства, постоянство форм и методов преступной деятельности, техническая оснащенность, длительность существования группы, количество совершенных ею преступлений и т.п. При этом закон не исключает создания орга­низованной группы и всего лишь из двух лиц, и для совершения од­ного, но требующего тщательной подготовки преступления.

Особая общественная опасность преступлений, совершаемых организованной группой, обусловила выработку судебной прак­тикой правила, согласно которому действия всех участников ор­ганизованной группы независимо от их роли в преступлении квали­фицируются как соисполнительство. Кроме того, само по себе соз­дание наиболее опасной разновидности организованной группы -банды — криминализировано законодателем в ст. 209 УК РФ, а создание организованной группы в иных случаях влечет уголов­ную ответственность за приготовление к тем преступлениям, для совершения которых она создана (ч. 6 ст. 35 УК РФ).

Преступное со­общество (преступная организация)

Наиболее опасной формой соучастия является преступное со­общество (преступная организация) (ч. 4 ст. 35 УК РФ). Преступ­ное сообщество (преступную организацию) в силу сложившейся судебной практики характеризуют три отличительных признака:

    1. сплоченность , т.е. наличие у членов организации общих целей, намерений, превращающих их в единое целое, наличие устоявшихся связей, организационно-управленческих структур, финансовой базы, единой кассы из взносов от преступной деятельности, конспирации, иерархии подчинения, единых и жестких правил взаимоотношений и поведения с санкциями за нарушение неписаного ус­тава сообщества, особая преступно-культурная общность и т. п.;
    2. организованность , т.е. четкое распределение функций между соучастниками, тщательное планирование преступной деятельности,наличие внутренней жесткой дисциплины;
    3. цель создания — совершение тяжких и особо тяжких преступлений.

Особая общественная опасность преступного сообщества (преступной организации) обусловила уголовную наказуемость самого по себе факта создания такого сообщества (организации) (ст. 210, 2821УКРФ).

Следует также отметить, что хотя ни в одной из статей Осо­бенной части УК РФ совершение преступления преступным сооб­ществом (преступной организацией) не является квалифицирую­щим признаком состава преступления, тем не менее, при наличии в статье Особенной части УК РФ такого квалифицирующего при­знака, как совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, со­вершение указанным сообществом (организацией) преступления должно квалифицироваться с его вменением. При этом все дейст­вия всех участников преступного сообщества (преступной орга­низации) независимо от их роли в преступлении квалифицируют­ся как соисполнительство.

Статья написана по материалам сайтов: studfiles.net, be5.biz, jurkom74.ru.

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock
detector